08 декабря 2015 года, 11:28  |  Аналитика

Анализ судебной практики свидетельствует, что судьи районных (городских) судов Пензенской области при разрешении уголовных дел о преступлениях указанной категории в основном правильно применяют положения уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Вместе с тем, жизнь не стоит на месте, судебная практика меняется и в данной статье хочется довести до сведения правоприменителей новые положения судебной практики по рассмотрению уголовных дел, связанных с незаконным оборотом наркотиков, ответив на вопросы, вызывающие сложность в их разрешении и практическом применении по данной категории уголовных дел.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2015 № 30 внесены изменения в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами».

10.07.2015 года в адрес областного суда поступило сообщение заместителя председателя Верховного Суда Российской Федерации Давыдова В.А.

Изложу Вам его содержание, поскольку оно важно при решении вопросов применения и других постановлений Пленумов Верховного Суда РФ.

Так в сообщении указывается о выходе в свет вышеуказаннного постановления Пленума ВС РФ №30 от 30.06.2015 года и доводится до сведения, что «в соответствии с пунктом 3.4. мотивировочной части постановления Конституционного Суда Российской Федерации №1-П от 21 января 2010 года в российской судебной системе толкование закона высшими судебными органами по общему правилу, исходя из правомочий вышестоящих судебных инстанций по отмене и изменению судебных актов, является обязательным для нижестоящих судов на будущее время.

С учётом названной позиции Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснения, сформулированные Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в абзаце 1 пункта 13 и пунктах 13.1, 13.2, 15.1 постановления от 15 июня 2006 года №14 (в редакции постановления №30 от 30 июня 2015 года), обязательны для нижестоящих судов применительно к рассмотрению уголовных дел о преступлениях, совершённых после 30 июня 2015 года».

Данным постановлением Пленума внесены кардинальные новации по рассмотрению уголовных дел, связанных с незаконным оборотом наркотиков.

В соответствии с п. 13.1 названного документа незаконный сбыт наркотических средств, психотропных веществ или аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества (далее — наркотики), следует считать оконченным преступлением с момента выполнения лицом всех необходимых действий по передаче приобретателю наркотиков независимо от их фактического получения приобретателем, в том числе когда данные действия осуществляются в ходе проверочной закупки или иного оперативно-розыскного мероприятия (ОРМ), проводимого в соответствии с Федеральным законом от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Определённую сложность при рассмотрении уголовных дел данной категории имеют вопросы изъятия наркотиков в ходе проверочной закупки.

Изъятие в таких случаях сотрудниками правоохранительных органов наркотиков из незаконного оборота не влияет на квалификацию преступления как оконченного.

Ранее считалось, что передачу наркотиков под контролем правоохранительных органов нельзя признать оконченным сбытом наркотиков, так как в данном случае якобы происходит лишь покушение на сбыт.

Позиция аргументировалась тем, что осуществление лицами, имеющими умысел на сбыт наркотиков, в рамках ОРМ действий, образующих объективную сторону преступления и непосредственно направленных на совершение преступления, не приводит по не зависящим от этого лица обстоятельствам к наступлению того результата, к которому это лицо стремится. Однако в уголовном законе (ст. 228.1 УК РФ) для признания сбыта наркотиков оконченным преступлением не требуется наступления определенного результата, к которому лицо стремится. Такой результат находится за рамками состава преступления.

Поэтому в п. 13.1 Постановления № 30 справедливо сделан акцент на том, что диспозиция ч. 1 ст. 228.1 УК РФ не предусматривает в качестве обязательного признака объективной стороны данного преступления наступление последствий в виде незаконного распространения наркотиков. Следовательно, объективная сторона преступления, заключающаяся в сбыте наркотиков, выполнена.

Сам факт совершения под контролем правоохранительных органов сбыта наркотиков требуется оценивать как оконченное деяние. Сбыт является окоченным преступлением с момента отчуждения наркотиков.

Формула состава преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК, такова, что его законодательная конструкция ограничена лишь фактом совершения общественно опасных действий. При совершении сбыта наркотиков последствия неизбежны, но они находятся за пределами состава преступления.

Справедливости ради следует отметить, что изъятие наркотиков из незаконного оборота в ходе осуществления иных ОРМ, кроме проверочной закупки, в судебной практике и ранее признавалось оконченным преступлением. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в прежней редакции Постановления № 14, основанием для квалификации действий виновного по ч. 3 ст. 30 УК РФ и соответствующей ст. 228.1 УК РФ как покушение на сбыт наркотиков являлась только передача наркотиков лишь в ходе проверочной закупки. Изъятие наркотиков, например, в ходе наблюдения, не влияло на квалификацию деяния как оконченного.

Из-за непоследовательной позиции правоприменительной практики, суды области иногда «перестраховывались» и признавали покушение на сбыт и при сбыте наркотиков, когда наркотики изымались оперативными сотрудниками в ходе проведения ОРМ «наблюдение».

В пункте 13.1 Постановления № 30 обоснованно сделан акцент на том, что незаконный сбыт наркотиков следует считать оконченным преступлением, если изъятие в таких случаях сотрудниками правоохранительных органов осуществляется не только в ходе проверочной закупки, но и иного оперативно-розыскного мероприятия.

Тем самым все разночтения в указанной части исключены.

Следующие положения, приведённые в Постановлении Пленума кардинальным образом меняют судебную практику, касающуюся квалификации преступлений по покушению на сбыт.

Так, в пункте 13.2 Постановления № 30 идет речь о покушении на сбыт наркотиков.

Если лицо в целях осуществления умысла на сбыт наркотиков незаконно приобретает, хранит, перевозит, изготавливает, перерабатывает средства, вещества, растения, то тем самым совершает действия, направленные на их последующую реализацию. Такие действия составляют часть объективной стороны сбыта. Однако, если лицо по не зависящим от него обстоятельствам не передает указанные средства, вещества, растения приобретателю, то такое лицо несет уголовную ответственность за покушение на незаконный сбыт наркотиков. Покушение — это неоконченное преступление. В содеянном содержатся не все признаки объективной стороны оконченного преступления. Покушение возможно и в преступлениях с формальным составом, когда объективная сторона осуществлена не полностью, поскольку она не одномоментна и может включать в себя совершение действий, которые преступник не успел или не смог осуществить (передача наркотиков не произошла).

До этого разъяснения судебная практика стояла на позиции признания таких действий не покушением, а приготовлением к сбыту наркотиков.

В качестве примера можно привести такие часто встречающиеся случаи, когда лицо незаконно приобрело с целью перевозки и сбыта наркотик для передачи его в исправительное учреждение, но было задержано сотрудниками правоохранительных органов в момент транспортировки наркотического средства.

Здесь лицо задерживается в момент транспортировки наркотического средства для его последующего сбыта, тогда как доставка наркотического средства к месту хранения, как и его хранение для последующего сбыта, свидетельствуют лишь о подготовительных действиях лица к сбыту наркотического средства, а не о попытке его непосредственного сбыта.

До выхода в свет постановления Пленума ВС РФ №30, действия виновного, пресеченные на стадии приготовления к сбыту наркотических средств, были бы квалифицированы по ч. 1 ст. 30 и соответствующей части ст. 228.1 УК РФ — как приготовление к незаконному сбыту наркотических средств.

В настоящее время квалификация таких действий, как приготовление к сбыту наркотиков, исключена.

Такая позиция представляется справедливой. Приобретая и перевозя наркотики, виновный совершает действия, непосредственно направленные на совершение преступления, что характерно для покушения, а не для приготовления. В этом случае начинает исполняться объективная сторона сбыта.

Новым постановлением Пленума ВС РФ №30 акцентированы вопросы правомерности проведения проверочных закупок наркотических средств, психотропных веществ или аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества.

Пункт 14 Постановления № 14 изложен в новой редакции. Для признания законности проверочной закупки необходимо, чтобы это мероприятие осуществлялось для решения задач, определенных в ст. 2 Закона № 144-ФЗ, при наличии оснований и с соблюдением условий, предусмотренных соответственно ст.ст. 7 и 8 названного закона.

Проверочная закупка может проводиться только при наличии у органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, сведений об участии лица, в отношении которого осуществляется такое мероприятие, в подготовке или совершении противоправного деяния.

Судебная практика последних лет свидетельствует об неоднократном изменении правовых позиций судов в части использования результатов проверочных закупок. Результаты проверочных закупок используются в доказывании по уголовному делу, если они свидетельствуют о наличии умысла на незаконный оборот наркотиков, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.

Правомерность оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка» не может основываться только на одном формальном критерии, то есть лишь на наличии постановления соответствующего руководителя о проведении этого ОРМ.

Особое внимание следует обращать на описательно - мотивировочную часть постановления о проведении проверочной закупки, в которой должна содержаться убедительная аргументация о необходимости проведения ОРМ.

По уголовным делам о незаконном обороте наркотиков, законность которых проверена в апелляционной инстанции, следует, что районные (городские) суды в качестве условия для проведения проверочных закупок указывают наличие оперативной информации о том, что конкретное лицо осуществляет деятельность, связанную с незаконным оборотом наркотических средств; в некоторых случаях указывается также адрес, по которому предположительно осуществляется незаконный сбыт наркотических средств. Указание в постановлении цели проведения проверочной закупки зависит, как правило, от полноты имеющейся информации.

В большинстве постановлений цели вообще не указаны. В отдельных случаях имеется ссылка на статьи закона или указываются стандартные формулировки, среди которых можно выделить следующие: выявление сбыта наркотических веществ; установление вида наркотического средства; установление соучастников преступления и их ролей в преступной группе; установление механизма преступления; документирование преступной деятельности; выявление, пресечение каналов поставки наркотических средств и психотропных веществ; установление способов и методов приобретения, перевозки, хранения, сбыта наркотических средств и психотропных веществ; проведение мнимых сделок купли-продажи с лицами, подозреваемыми в противозаконной деятельности; изъятие из незаконного оборота наркотического средства; пресечение преступной деятельности; установление места приобретения наркотического средства; задержание лица, осуществляющего незаконный сбыт наркотических средств.

Судьям при рассмотрении уголовных дел о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотиков, следует руководствоваться положениями постановления Европейского Суда по правам человека от 04.11.2010 по делу «Банникова против России» (жалоба № 18757/06), в котором разработаны критерии отграничения провокации от правомерного оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка».

Результаты ОРМ могут быть положены в основу приговора, если они свидетельствуют о наличии у виновного умысла на незаконный оборот наркотических средств, сформировавшегося независимо от деятельности сотрудников оперативных подразделений, а также о проведении лицом всех подготовительных действий, необходимых для совершения противоправного деяния.

Позиция Верховного Суда РФ однозначна: если оперативно-розыскное мероприятие в виде проверочной закупки наркотических средств было проведено при отсутствии предусмотренных ст. 7 Закона № 144-ФЗ оснований, поскольку отсутствуют доказательства того, что до обращения закупщиков обвиняемый занимался распространением наркотических средств, дела производством прекращаются за отсутствием состава преступления.

Следует отметить, что в указанной части судьи области последовательно придерживаются данной позиции.

В судебной практике неоднозначно решались и вопросы квалификации пособничества в приобретении наркотиков как достаточно условной юридической конструкции, что создавало возможность неверной уголовно-правовой оценки действий настоящих сбытчиков как «пособников приобретения» наркотиков. Посредник выступает в качестве одного из звеньев системы сбыта наркотиков либо его реализатором (распространителем), действующим по просьбе покупателя.

«Сбыт» означает «незаконное распространение чего-либо, нелегальная торговля чем- либо». Распространение наркотиков означает преступную деятельность виновного, участие в качестве оптового или розничного сбытчика. Всегда ли обоснованно действия посредника при передаче им наркотика, полученного у постороннего лица на средства покупателя, квалифицируются как незаконное приобретение и хранение наркотиков?

В постановлении № 14 содержалось разъяснение о том, что действия посредника в сбыте или приобретении наркотиков квалифицируются в зависимости от того, в чьих интересах действует посредник.

Этот абзац из п. 13 постановления исключен.

Пункт 13 изложен в новой редакции, к тому же постановление дополнено новым пунктом— 15.1.

Этот пункт свидетельствует о кардинальной новации судебной практики по квалификации сбыта наркотиков. В случае, когда лицо передает приобретателю наркотиков по просьбе (поручению) другого лица, которому они принадлежат, его действия следует квалифицировать как соисполнительство в незаконном сбыте указанных средств, веществ, растений. «Распространение» является синонимом незаконного сбыта наркотиков. Распространение, то есть сбыт представляет уже разовую операцию в сфере незаконного оборота наркотиков. Если посредник приобретает несколько пакетиков с героином и передает их покупателю, оставив один для личного потребления, то в подобных случаях на квалификацию не должно влиять то обстоятельство, с кем из сторон у посредника была договоренность, получил ли он вознаграждение за оказанные услуги. В данном случае имеет место распространение наркотиков, их сбыт. При квалификации действий посредника безвозмездность передачи наркотиков лицу, которому они не принадлежат, значения не имеет, она не исключает наличия в действиях лица незаконного сбыта.

Более детально в постановлении Пленума ВС РФ №30 прописаны вопросы направления наркозависимых осуждённых на лечение и вопросы применения к ним отсрочки наказания.

В этой части постановление дополнено п.п. 35.1 и 35.2, в которых идет речь о применении законодательства, побуждающего к избавлению от наркозависимости.

При назначении лицу, признанному больным наркоманией, основного наказания в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, обязательных работ, исправительных работ или ограничения свободы суд может возложить на осужденного обязанность пройти лечение от наркомании и медицинскую и (или) социальную реабилитацию (ч. 1 ст. 72.1 УК РФ).

Суд устанавливает наличие (отсутствие) у лица заболевания наркоманией на основании заключения эксперта по результатам судебно-психиатрической экспертизы, проведенной согласно п. 3.2 ст. 196 УПК РФ. Заключение эксперта должно содержать вывод о наличии (отсутствии) у лица диагноза «наркомания», а так же о том, нет ли медицинских противопоказаний для проведения лечения от такого заболевания.

Если в ходе судебного разбирательства выявлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии у подсудимого наркомании, суд вправе назначить экспертизу в ходе судебного следствия. К обстоятельствам, свидетельствующим о необходимости назначения экспертизы, могут быть отнесены, например, данные о том, что лицо является потребителем наркотических средств, ему оказывалась наркологическая помощь, лицо по месту жительства состоит на учете у нарколога либо другого специалиста с диагнозами, характерными для лиц, употребляющих наркотические средства (ВИЧ, гепатит и другие аналогичные заболевания), привлекалось к административной ответственности по ст. 6.9 КоАП РФ и т. п.

Вопросы, связанные с назначением и производством судебно-психиатрических экспертиз по указанной категории дел, должны разрешаться судами с учетом сложившейся судебной практики назначения и производства судебно-психиатрических экспертиз в соответствии с требованиями п. 3 ст. 196 УПК РФ. При рассмотрении дел по ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231, ст. 233 УК РФ в соответствии со ст. 267 УПК РФ председательствующий в судебном заседании обязан разъяснить подсудимому его права, предусмотренные ст. 82.1 УК РФ, что должно быть отражено в протоколе судебного заседания.

Разъяснение положений ст. 82.1 УК РФ должно осуществляться не только судом, но и лицом, производящим предварительное расследование.

Применение рассматриваемой отсрочки является не обязанностью, а правом суда. Решение об отсрочке может быть принято при вынесении приговора. Решения об отсрочке отбывания наказания, о её отмене, об освобождении от отбывания наказания или оставшейся части наказания суд принимает также в порядке исполнения приговора (ст.ст. 397, 398 УПК РФ) по ходатайству осужденного, его законного представителя, близких родственников, защитника либо по представлению прокурора (ч. 3 ст. 398 УПК РФ).

Судам необходимо руководствоваться п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 9 «О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений» и указывать в резолютивной части приговора вид исправительного учреждения, поскольку в случае отмены данной отсрочки такое лицо подлежит направлению для отбывания наказания в место, назначенное приговором суда.

Следует отметить, что закон не обязывает суд указывать в решении конкретное учреждение, где осужденному следует пройти курс лечения и реабилитации, а само не определение конкретных лечебных учреждений наркологического профиля, в которых осужденным следует проходить лечение, не является препятствием для исполнения приговора. В случае отсутствия в приговоре указания на лечебное учреждение в приговоре функция извещения осужденного о том, что необходимо пройти лечение и реабилитацию, возлагается на уголовно-исполнительную инспекцию.

Однако, из утвержденных 27.06.2012 Президиумом Верховного Суда РФ ответов на поступившие из судов вопросы по применению федеральных законов от 07.03.2011 № 26-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» и от 07.12.2011 № 420-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует, что судам следует указывать в решении конкретное учреждение для прохождения лечения.

Полагаю, что именно данным разъяснением и следует руководствоваться судьям области.

Нормы действующего закона предоставляют осужденному право выбрать лечебное учреждение при даче им согласия на лечение от наркомании. Отказ осужденного от лечения в государственной больнице не является случаем, предусмотренным ч. 2 ст. 82.1 УК РФ, которая предполагает отмену отсрочки отбывания наказания в связи с отказом от прохождения курса лечения и реабилитации, а не в связи с выбором медицинского учреждения. Эта позиция изложена в упомянутых выше ответах на вопросы судов.

Возможно направление больного после лечения для прохождения курса реабилитации по инициативе медицинского учреждения в другое учреждение, где имеются для этого условия.

Следует так же обратить внимание на то, что поскольку в силу закона при наличии оснований суд может применить отсрочку, а может её и не применять, в приговорах следует мотивировать принятое решение, как о применении отсрочки, так и о неприменении таковой.

В протоколе судебного заседания, суд должен разъяснить подсудимому положения ст. 82.1 УК РФ и, установив нежелание осужденного проходить курс лечения от наркомании, отразить в приговоре позицию осужденного, мотивировав невозможность применения ст. 82.1 УК РФ, что судьями выполняется не всегда.

В области имеет место достаточно редкое применение отсрочки отбывания наказания по основанию, предусмотренному ст. 82.1 УК РФ, что объясняется незначительным количеством дел, по которым при производстве предварительного расследования проводилась судебно-психиатрическая экспертиза, а так же нежеланием осужденных признавать себя больными наркоманией и проходить курс лечения и реабилитации.

Трудность вызывает и то обстоятельство, что нормативно-правовая база для контроля за лечением и реабилитацией указанных больных фактически не разработана. Отсутствие необходимых правовых актов не позволяет в полной мере организовать взаимодействие между учреждениями наркологической службы и уголовно-исполнительными инспекциями ФСИН России, что влечет за собой надлежащее исполнение приговора.

Следует отметить, что в отношении лиц, страдающих наркоманией, предусмотрен и другой механизм воздействия, направленный на побуждение их к избавлению от этой болезни.

При условии признания осужденного больным наркоманией и назначения ему видов наказания, перечисленных в ст. 72.1 УК РФ, суд может возложить на осужденного обязанность пройти лечение от наркомании и реабилитацию. Возложение указанной обязанности возможно только при постановлении судом приговора. Возможность возложения такой обязанности в порядке исполнения приговора не предусмотрена. Согласно п. 7.2 ч. 1 ст. 299 УПК РФ судам в описательно-мотивировочной части приговора необходимо приводить суждения о том, нуждается ли подсудимый в прохождении лечения от наркомании и медицинской и (или) социальной реабилитации в порядке, установленном ст. 72.1 УК РФ.

Применение ст. 72.1 УК РФ вызывает определённые затруднения, поскольку диспозиция ст. 72.1 УК РФ, в отличие от диспозиции ст. 82.1 УК РФ, предоставляет суду альтернативную возможность обязать осужденного пройти медицинскую или социальную реабилитацию. Однако не все суды обязывают осужденных пройти оба вида реабилитации, а при избрании только одного вида не мотивируют, почему применен именно он.

Считаю более правильным, что при наличии оснований на осужденного следует возлагать обязанность пройти курс лечения от наркомании, медицинскую и социальную реабилитацию, поскольку нуждаемость осужденного в прохождении того или иного этапа лечения и реабилитации определяется судебным решением, основанным на заключении специалистов по оказанию наркологической помощи населению.

Изучая конкретные приговоры, размещённые в системе «Консультант – Плюс» видно, что суды по-разному разрешают вопросы о необходимости указания в резолютивной части приговора конкретного учреждения здравоохранения, в котором осужденный должен пройти курс лечения и реабилитацию.

Одни суды, возлагая на осужденных обязанности пройти курс лечения и медицинскую реабилитацию, указывают конкретные больницы, в решениях других судов нет указания конкретного медучреждения.

Поскольку закон не обязывает суды при возложении на осужденного обязанности на основании ст. 72.1 УК РФ указывать медицинское учреждение, в случае отсутствия такого указания суда бремя установления и разъяснения осужденному порядка исполнения обязанности пройти курс лечения и реабилитацию ложится на уголовно-исполнительную инспекцию. В этом случае, если осужденный изменит место жительства или ему будет рекомендовано продолжение лечения (реабилитации) в ином медицинском учреждении, такое изменение не потребует вынесения самостоятельного судебного решения в порядке исполнения приговора.

Также суды применяют различные подходы к указанию сроков явки осужденного в медицинское учреждение, указывая либо период времени, начало которого определяется датой вступления приговора в законную силу, либо конкретную дату явки, которая не связана с датой вступления приговора в законную силу и извещением УИИ и медицинского учреждения о принятом судом решении.

Полагаю, что судам при возложении обязанности в порядке ст. 72.1 УК РФ следует указывать период явки осужденного к наркологу по месту жительства осужденного. Этот период времени должен быть разумным и назначаться с учетом времени вступления приговора в законную силу и поступления копии приговора в уголовно-исполнительную инспекцию для контроля выполнения этой обязанности. Указывать в приговоре конкретную дату обращения осужденного за лечением, а также период, в течение которого он обязан пройти лечение и реабилитацию, нецелесообразно. Приговор может быть оспорен сторонами и может вступить в законную силу по истечении даты, когда осужденному предписано явиться к наркологу, а продолжительность курса лечения и реабилитации, которые требуются данному осужденному, суду неизвестна.

Представляется правильным в резолютивной части приговора не указывать, что контроль за исполнением осужденным обязанности, возложенной на него в порядке, предусмотренном ст. 72.1 УК РФ, надлежит осуществлять УИИ, поскольку обязанность контролировать прохождение осужденным лечения от наркомании и медицинской и (или) социальной реабилитации возложена на уголовно-исполнительную инспекцию в силу прямого указания ч. 2 ст. 72.1 УК РФ.

Суд так же должен направлять копии вступивших в законную силу решений в УИИ для исполнения приговоров в части возложенной на основании ст. 72.1 УК РФ обязанности. В материалах дела должны быть сведения об исполнении приговора в части возложения на осужденного обязанности пройти лечение и социальную и медицинскую реабилитацию. Судам следует требовать от УИИ предоставления не реже одного раза в квартал информации об исполнении приговора в части обязанности пройти лечение и медицинскую и социальную реабилитацию.

Следует отметить, что механизм обеспечения принудительного лечения и реабилитации осужденного в случае его нежелания исполнять обязанность, возложенную приговором суда, до настоящего времени должным образом не определён. В силу ч. 2 ст. 72.1 УК РФ исполнение осужденным обязанности пройти лечение от наркомании и медицинскую и (или) социальную реабилитацию контролирует УИИ, в том числе и после отбытия осужденным назначенного наказания.

Федеральным законом от 07.12.2011 № 420-ФЗ7 в УИК РФ введена ст. 178.1 о контроле за соблюдением условий отсрочки отбывания наказания. Однако в развитие положений ст. 72.1 УК РФ изменений в нормативную базу, регламентирующую деятельность УИИ, не внесено.

В случае назначения осужденному наказания в виде обязательных работ, исправительных работ или ограничения свободы и его нуждаемости в лечении и медико-социальной реабилитации, которые могут быть осуществлены только в условиях стационара или в другой местности, что будет препятствовать отбыванию осужденным назначенного наказания, необходимо учитывать, что такие обстоятельства нельзя расценивать как уклонение осужденного от отбывания наказания.

Действующим уголовным законом не установлено ответственности осужденных либо других негативных последствий в случае отказа либо уклонения осужденного от исполнения возложенной на него в порядке ст. 72.1 УК РФ обязанности.

При неисполнении данной обязанности возникают основания лишь для привлечения осужденного к административной ответственности по ст. 6.9.1 КоАП РФ. Однако это не решает проблемы исполнения приговора суда в части возложения обязанности по ст. 72.1 УК РФ, поэтому будем надеяться, что законодатель исправит существующее положение дел путём принятия соответствующих изменений.

 

Из доклада судьи коллегии по уголовным делам Пензенского областного суда Ю.В. Кирьянова